Каждый год в конце зимнего сезона, в преддверии весны, китайцы торжественно и радостно отмечают первый в году традиционный праздник – праздник Весны. В прошлом этот праздник назывался «Синьнянь» xinnian (Новый год), так как по лунному календарю (это летоисчисление принято в истории Китая издревле) праздник Весны как раз приходился на первый день нового года. И хотя после Синьхайской революции (1911 г.) в Китае начал применяться новый стиль летоисчисления, старые традиции не ушли. Теперь в Китае Новый год отмечается дважды, по солнечному и по лунному календарю. Для того чтобы отличать один праздник от другого, Новый год по лунному календарю был переименован в праздник Весны. Он приходится на 1-е число первого лунного месяца (по лунному или лунно-солнечному календарю). В отличие от Нового года по европейскому календарю, дата празднования Нового года по лунному календарю не фиксирована и меняется из года в год. Предновогодние и новогодние праздники охватывают период с середины декабря по конец февраля (по европейскому календарю).

В ночь под праздник Весны вся семья собирается вместе. Устраивается обильный праздничный ужин, после которого ведутся беседы на разные темы, игры. Во многих семьях не ложатся спать всю ночь, это называется «шоусуй» (shousui) – ожидание Нового года. Утром следующего дня полагается обходить дома родственников и близких с поздравлениями и пожеланиями всех благ. В дни праздника Весны устраиваются традиционные массовые представления и шествия: танцы львов, пляски драконов, хороводы «сухопутных лодок», номера на ходулях, фейерверки.

Для китайцев цикл мирового времени совпадал с круговоротом времен года, с вечным циклом оживания и умирания природы. И Новый год всегда знаменовал для них полное и всеобщее обновление мира, вплоть до того, что родившийся в старом году ребенок после встречи Нового года считался повзрослевшим на год. Новый год в Китае перед каждым открывал новую страницу жизни, в каждого вселял надежду на новое счастье.

Новогодние празднества – не просто время столь непохожих на обыденное существование пиршеств, увеселений и приятного безделья, которых ждали и которые помнили целый год. В них так или иначе отражаются все стороны культуры и быта китайцев – от религиозных верований и семейного уклада до хозяйственной деятельности и эстетических вкусов. В это время оживают хранившиеся в глубинах народного сознания полузабытые мифологические представления и культы, обнажаются не всегда различимые в потоке будней фундаментальные жизненные ценности и принципы социальной организации китайцев, китайцы окружены символами и художественными формами, воспитывающими в них чувство духовной и культурной общности.