Одна из особенностей национальной психологии китайцев – рациональность мышления – выражается в том, что для китайцев полезным и заслуживающим поощрения является только то, что способствует процветанию китайской государственности, ее распространению. И совершенно не имеет значения, какими средствами эта цель будет достигаться. Характерным проявлением такого прагматизма является известное высказывание Дэн Сяопина: «Неважно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей». Поэтому серьезной проблемой в общении является распространенное у китайцев представление о том, что скрытность, вероломство, лицемерие не являются чем-то предосудительным, особенно при ведении дел с иностранцами.

Выдвигая деловое предложение, всегда необходимо помнить, что для китайцев первостепенными являются такие понятия, как «сохранение лица», «потеря лица», то есть общественного престижа. «Концепция лица» непосредственно вытекает из предписываемой конфуцианством необходимости правильного исполнения каждым членом общества своей роли с соблюдением всех принятых правил и условностей. Это является условием для приобретения «лица», то есть хорошей репутации, уважения в обществе.

В традиционном Китае самым страшным считалось быть публично уличенным или обвиненным в чем-либо недостойном, потерять репутацию среди окружающих. «Потеря лица» была равноценна гражданской казни, являлась страшным моральным позором, который нередко приводил к самоубийству. В старом Китае человек, «потерявший лицо», мог заколоть свою жену и детей, а потом, подпалив жилище, умереть.

До сих пор стремление «не потерять лицо» лежит в основе многих поведенческих характеристик китайцев, только мотивация стала иной. Нужно ругать себя и бичевать за содеянное зло, неверность руководству, товарищам. Однако достаточно очиститься на словах, публично признаться в тяжком грехе и тем сохранить свое «достоинство», изменить «внутреннее содержание» и таким образом заслужить прощение. Поддержание своей репутации в глазах окружающих обязательно и допустимо, по взглядам китайцев, любыми способами. Главное – не сам поступок и его последствия, а то, как он будет выглядеть в глазах других, как будет воспринят и оценен ими. В поведении китайца заметно стремление надлежащим образом исполнять перед зрителями свою роль, то есть «сохранять лицо».

Поэтому в общении с китайцами есть несколько общепризнанных правил, которых нужно придерживаться. Например, нельзя ставить собеседника-китайца в неловкое положение, делать ему замечания при посторонних, особенно в присутствии других китайцев, тем более подчиненных. Хорошим тоном считается быстро отвечать на письма, запросы, предложения или сразу же посылать уведомления о том, что они приняты к рассмотрению и ответ будет дан в ближайшее время.

И в современных государственных учреждениях КНР начальник из боязни «потерять лицо» никогда не будет делать того, что по неписаным правилам должен исполнять только подчиненный, например, носить портфель с документами. Другим любопытным проявлением той же «концепции лица» оказывается присущий китайцам страх обнаружить свое незнание того или иного предмета. Порой это доходит до абсурда: например, китаец с большим трудом признается, что не знает маршрута, о котором его спрашивает случайный прохожий. «Концепция лица» способствует тому, что в сложной жизненной ситуации китаец скорее нарушит закон, нежели признается в том, что не способен выполнить взятое на себя обязательство.

Из этой концепции следует, что в понимании китайцев слова не обязательно должны совпадать с делами. Все это заставляет китайца в самых различных ситуациях становиться актером, постоянно играть роль, манерничать, стремиться создать у окружающих положительное впечатление о себе. Спасая «лицо», китаец может с возмущением и негодованием отрицать свой неблаговидный поступок, несмотря на его очевидность.

Отсюда же проистекают излишняя экзальтированность, клятвенные обещания, а иногда и примитивные попытки обмана. При этом признаками такого обмана часто являются нежелание китайца продолжать разговор, углубляться в детали, стремление отмолчаться, быть пассивным в беседе или перейти к другой теме, вплоть до игнорирования (или мнимого непонимания) прямых вопросов.

С этим же связано и желание китайца добиться от противника, оппонента хотя бы формального признания его вины, его ошибки. Поэтому надо помнить о необходимости выяснять реальные причины невыполнения обещаний, в отличие от тех, которые он может привести сам для «сохранения лица». Другой стороной этого вопроса может быть преувеличение китайцем своих возможностей, подчеркивание готовности выполнить любое дело. На практике очень часто случается так, что китаец при просьбе российского партнера помочь в чем-либо, еще не представляя себе сложности проблемы, заявляет, что выполнит все намного раньше, чем это необходимо. И он изо всех сил старается сдержать слово. Но, не уложившись в указанный им самим срок или некачественно выполнив задание, он не признается в том, что переоценил свои возможности и способности, а станет искать различные объективные причины, которые помешали выполнить данное им обещание.

Желание «сохранить лицо» – особенность китайского характера, порождающая потребность чувствовать внутреннее превосходство над собеседником или партнером. Необходимо иметь в виду, что одним из условий согласия на деловое сотрудничество для китайца является его убежденность в том, что он остался в выигрыше и даже сумел переиграть иностранного партнера. Это поднимает его в собственных глазах и позволяет чувствовать свое превосходство над соотечественниками. Но при этом российскому партнеру никак нельзя «терять свое лицо», иначе китаец потеряет уважение к нему, что скажется на дальнейших взаимоотношениях.